Война в украине

Эта дискуссия не вчера началась и нескоро закончится — о вине россиян в войне, которую развязал Путин, о чудовищном преступлении, вольными и невольными соучастниками которого являются жители целой страны, а, по мнению многих, даже все, относящие себя к русской культуре.
Сегодня в моей френдленте несколько человек в очередной раз поминают знаменитые тексты Томаса Манна о германской коллективной ответственности (письмо Вальтеру фон Моло, доклад «Германия и немцы»): «…Для человека, родившегося немц…
… показать весь текст …

Да самое страшное в Мариуполе было… это самолёты да страшно было всё грады, буки… но самолёты появлялся какой-то животный страх. Они бомбили днём, но чаще ночью. Ты лежишь в квартире +3 под тремя одеялами одетый, вокруг тебя жмутся кошки и ты слышишь этот рёв, и начинаешь читать Отче наш много раз и одно просишь Бога — если суждено, то только сразу (врачей нет больниц нет) и бомба падает не на тебя, где-то рядом и ты говоришь спасибо Господи. Но сразу появляется другой страх, ты понимаешь то, что куда она упала — ведь там тоже кто-то лежал и молился, но этот долбанный самолёт вырывает тебя в твой животный страх, потому что он разворачивается и опять летит к тебе. Господи как же это было страшно…

Я всегда верил, что в конце концов победит разум — и ошибся. Победило безумие. Гибнут люди, льется кровь. Россией правит психически ненормальный диктатор, и, что ужаснее всего, она покорно следует его паранойе. Я знаю, что Путинляндия и Россия — не одно и то же, но теперь для всего мира никакой разницы нет. Страшно за украинцев. Страшно за вменяемых россиян, находящихся под властью маньяка. За оболваненных россиян, которые сейчас будут ликовать, тоже страшно. 24 февраля 2022 года для всех нас началась новая эпоха.

На центральной площади грудной клетки,
в глубине живота —
притаилась зерном печали.

И когда попытаюсь забыть — она очень метко

Мне напомнит, как рушились жизни в ее начале.

В моем теле живёт война. Оставляет дыры.

Я латаю их снова — рутиной, теплом, любовью,

Я смотрю, как в других появляются черные дыры.
Я смотрю, как в глазах зажигается белое пламя
… показать весь текст …

Война обнажает, вскрывает, выводит на чистую воду.
Страны, режимы, экономические, социальные системы, людей…
Можно десятилетиями врать и притворяться, можно рассказывать, что «мы сильные, мы великие» и ничто не в силах опровергнуть это. Ничто! Кроме войны.
Пропаганда, идеология, система… это всё иллюзорно. Эта иллюзия формирует реальность, подменяет её. Пипл схавает. И всё будет хорошо и приятно, весело и вкусно, здорово и вечно.

А война это реальность!

Тут нет места пропаганде и иллюзиям.
Нет…
… показать весь текст …

Нiколи знову.
Нiколи знову.
Только дороги и лес сосновый,
Только под горку на самокате.
Никогда, хватит.
Никогда, хватит.

Никогда снова,
Никогда снова.
Девочка бросит монетку с мола,
Крошечный краб на камнях прибрежных,
Будет как прежде, лучше, чем прежде.

Только nie wieder, только nie wieder,
… показать весь текст …

Я помню чётко, был простым солдатом,
Когда сбесился дед в холодном феврале.
Когда мой командир, с похмелья воя матом,
Велел нагадить знаки зомби на броне.

Я помню чётко, было мне лишь двадцать.
Кaкой там воин, рожа вся в соплях…
И жизнь мою по-барски оценили тоже,
В сто тысяч, мелочью, не в долларах, в рублях.

Весна под Киевом, и вот мы с нею тоже
Не глядя прём, Отчизною гремя.
Зачем всё это, смерть, война, о, Боже!
Спаси, услышь, не осуди меня…
… показать весь текст …

Когда заходит солнце за бугор мой брат берет ножи, сестра — топор, и, веря в святость личного пути, решают на мой дом войной идти.

Дорога их страшна и тяжела, — никто не подготовлен умирать, идут на бойню, молча, как рабы,
железные машины — их гробы.

И ветер сеет пепел, серый дым, война мальчишку сделала седым, собрала вой бездетных матерей,
отцов — их ярость сделала сильней.

Когда вернулось солнце из-за тьмы, всем стало ясно — не родные мы, сестра и брат — убийца за бугром.
Чужое сердце бьётся под ребром.

Давно не видел мир такого зла, не каждый мог по имени назвать
Войну и смерть, пришедшие за ним,
Туман, горелый пепел, серый дым.
… показать весь текст …

Вначале было слово, а война
Случилась после. Лопнула струна,
На тонкой, зыбкой грани тьмы и света
В ночи мерцают чьи-то имена.

Вначале было слово, а беда
Пришла потом. Багровая вода
Течет в ручьях. Железной саранчою
Обглоданы пустые города.

Вначале было слово и в конце
Пребудет слово. Маска на лице
Вросла, пустила корни. С каждым вздохом
Все чаще вспоминаю об отце.
… показать весь текст …

Мертвый город. Пахнет гарью, смертью.
Словно на погосте, тишина.
Спрятался в руинах даже ветер —
Так шагает по земле война!

Зданий обожженные скелеты.
Окна как разодранные рты.
Пламенем изжеваны, в просветах
Тлеют занавесок лоскуты.

Месиво из пепла и бетона.
И нигде ни одного лица!
Грязный пес под рухнувшим балконом
Чуть скулит над телом мертвеца!
… показать весь текст …